В мастерской «Свет и тень» всё было старше Полины.
Старше её был деревянный фотоаппарат на треноге. Старше — латунный таймер, который тикал так громко, будто сердился. Даже красная лампа в маленькой тёмной комнате выглядела так, словно помнила времена, когда люди носили шляпы каждый день.
Мастерская принадлежала дедушке Полины, Андрею Петровичу. Он давно снимал на современные камеры, но старую лабораторию не выбрасывал.
— Потому что тут всё честно, — говорил он. — Свет попал на плёнку, плёнка попала в проявитель, и никакой кнопки «отменить».
Полина приезжала к нему по субботам. Она умела вставлять бумагу в рамку увеличителя, ставить таймер на восемь секунд и не открывать дверь в тёмную комнату, когда на ней висела табличка «НЕ ВХОДИТЬ, ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ ИСПОРТИТЬ ЧУЖОЕ ЛИЦО».
Однажды дедушка достал из шкафа старую складную камеру.
— Эту принесли на ремонт, — сказал он. — Но ремонтировать там нечего. Работает.
— Тогда зачем принесли?
— Хозяин говорит, что она снимает неправильно.
Полина оживилась.
— Криво?
— Хуже. С опозданием.
— Как это?
— Вот и я хочу понять.
Они поставили камеру у окна. На улице стоял почтальон и разговаривал с дворником.
Дедушка навёл резкость, вставил кассету и нажал спуск.
Щёлк.
Через несколько минут они проявили снимок.
На фотографии почтальона не было.
Зато дворник уже катил мусорный бак к воротам, хотя в момент съёмки ещё стоял у подъезда.
— Может, ты перепутал кадр? — спросила Полина.
— Не перепутал.
Они сделали второй снимок.
Полина специально встала перед камерой и подняла обе руки.
Щёлк.
Потом она опустила руки, подошла к столу и взяла яблоко.
На проявленной фотографии Полина стояла у стола с яблоком.
— Она правда снимает позже! — сказала Полина.
Дедушка посмотрел на часы.
— Примерно на пять минут.
Они проверили ещё три раза.
Камера каждый раз показывала то, что происходило через четыре с половиной — пять минут после нажатия.
— Очень неудобный фотоаппарат, — сказала Полина.
— Или очень удобный.
— Для чего?
— Пока не знаю.
В понедельник хозяин камеры должен был вернуться. До этого дедушка решил провести нормальные испытания.
Они поставили на стол три предмета: чашку, игрушечного медведя и будильник.
Полина нажала спуск.
Через две минуты переставила чашку.
Через четыре — медведя.
Через шесть — будильник.
На снимке чашка и медведь оказались в новых местах, а будильник — ещё в старом.
— Пять минут, — сказал дедушка. — Почти точно.
Полина задумалась.
— А если через пять минут случится то, чего мы ещё не знаем?
— Именно это и происходит.
— Значит, камера знает будущее.
— На пять минут вперёд. Очень скромное будущее.
В этот момент в мастерскую вошла соседка Тамара Ивановна.
— Андрей, у тебя опять труба на чердаке капает. Я слышу.
— Какая труба?
— Та, которую в прошлом месяце уже чинили.
Дедушка вздохнул.
— Сейчас посмотрю.
Полина осталась в мастерской одна.
Она посмотрела на старую камеру.
Потом на лестницу, ведущую в коридор.
И решила провести ещё один опыт.
Поставила камеру напротив входной двери.
Щёлк.
Пять минут ждать оказалось неожиданно трудно.
Полина специально не смотрела на дверь.
Через три минуты вернулся дедушка.
— Труба сухая. Тамара Ивановна услышала голубя в вентиляции.
— А я сняла дверь.
Они проявили снимок.
На фотографии дверь была открыта.
В проёме стоял мальчик лет девяти в синей куртке.
— Кто это? — спросила Полина.
Дедушка нахмурился.
— Не знаю.
Через несколько секунд звякнул колокольчик.
Дверь открылась.
На пороге стоял тот самый мальчик.
— Здравствуйте. Тут фотоателье?
Полина посмотрела на фотографию, потом на него.
— Теперь да.
Мальчика звали Кирилл. Его мама попросила забрать фотографию на документы.
Ничего таинственного в нём не было.
Но Полина уже не могла остановиться.
Она начала фотографировать разные места мастерской и проверять, что произойдёт через пять минут.
Стол — ничего.
Окно — проехал красный автобус.
Лестница — спустился дедушка с коробкой.
Двор — голубь сел на фонарь.
— Ты превращаешь будущее в скучный отчёт, — сказал дедушка.
— А если попадётся что-то важное?
— Тогда узнаешь на пять минут раньше.
В половине третьего Полина поставила камеру у задней двери, которая выходила во двор.
Щёлк.
Дедушка тем временем ушёл в кладовую искать старый объектив.
Когда фотография проявилась, Полина сначала не поняла, что на ней.
Двор был пуст.
Но на земле лежала длинная тёмная полоса.
Она начиналась у стены мастерской и шла к водостоку.
— Дедушка!
Он подошёл.
— Вода?
— Сейчас её нет.
Они оба посмотрели во двор.
Сухо.
Дедушка сразу поднялся наверх.
Полина пошла следом.
На чердаке они нашли старый бак системы отопления. Из соединения возле трубы выступала тонкая блестящая капля.
— Сейчас прорвёт? — спросила Полина.
— Может.
Дедушка перекрыл вентиль.
Через минуту из соединения действительно потекло сильнее, но вода быстро остановилась.
— Вот! — сказала Полина. — Камера нас предупредила.
— Да.
— Значит, её надо оставить себе.
— Она чужая.
— Тогда купить.
Дедушка ничего не ответил.
В понедельник пришёл хозяин камеры — высокий мужчина по имени Аркадий Львович.
— Ну что? — спросил он. — Нашли неисправность?
— Нашли, — сказал дедушка. — Она действительно снимает через пять минут.
Аркадий Львович совсем не удивился.
— Я же говорил.
— А вы давно это заметили?
— Три недели назад.
— И почему отдали её в ремонт?
Мужчина помолчал.
— Потому что сначала это кажется чудом. Потом начинаешь жить на пять минут вперёд.
Полина прислушалась.
— И что плохого?
— Много чего. Я ставил камеру у двери, чтобы знать, кто придёт. Снимал окно, чтобы увидеть погоду. Снимал стол перед разговором, чтобы знать, кто уйдёт первым. Потом понял, что перестал смотреть на то, что происходит сейчас.
Он взял камеру в руки.
— Хотел, чтобы Андрей её починил.
— То есть сломал? — спросила Полина.
— Наверное.
Дедушка покачал головой.
— Я не знаю, как сломать пять минут.
Все трое посмотрели на камеру.
Аркадий Львович поставил её обратно на стол.
— Тогда оставлю её у вас на неделю. Решите, что с ней делать.
В тот день Полина долго не прикасалась к фотоаппарату.
Под вечер дедушка сказал:
— Давай один последний снимок.
Они вынесли камеру во двор.
Солнце уже садилось. На стене лежала длинная золотая полоса.
— Что снимаем? — спросила Полина.
— Нас.
Он поставил таймер, и они встали рядом.
Камера щёлкнула.
Но теперь они не стали ждать, что произойдёт через пять минут.
Дедушка рассказал смешную историю про фотографа, который однажды перепутал проявитель и фиксаж. Полина засмеялась. Потом во двор выбежал кот. Потом сверху прокричала Тамара Ивановна, что голубь снова «устраивает ремонт вентиляции».
Через пять минут они вернулись в лабораторию.
На снимке дедушка сидел на ступеньке, Полина держала кота, а оба смотрели куда-то в сторону и смеялись.
— Хорошая фотография, — сказала Полина.
— Хотя мы не знали, какой она будет.
Аркадий Львович забрал камеру через неделю.
Перед уходом он спросил:
— Вы пользовались?
— Немного, — ответила Полина.
— И что решили?
— Она исправна.
— Это я знаю.
— Просто ей нельзя фотографировать всё подряд.
Аркадий Львович улыбнулся.
— Хорошее правило.
Через месяц он снова пришёл в мастерскую.
Без камеры.
— Продал? — спросила Полина.
— Нет. Поставил на полку.
— И не снимаете?
— Иногда. Только когда действительно интересно узнать через пять минут.
— А что бывает интересно?
Он подумал.
— Например, пирог в духовке.
Дедушка фыркнул.
— Для этого есть таймер.
— Таймер не показывает пирог.
Они спорили ещё долго.
А Полина смотрела на старый «Беккер» у окна и думала, что пять минут — удивительно короткое будущее.
Но иногда и его вполне достаточно, чтобы успеть перекрыть воду.
А иногда лучше ничего заранее не знать.